18 август 2019
Либертариум Либертариум

Неосуществимость всестороннего государственного контроля

СОЦИАЛИЗМ, т. е. полный государственный контроль над всеми видами экономической деятельности, неосуществим, потому что социалистическое общество не будет обладать необходимым интеллектуальным инструментом экономического планирования и проектирования -- экономическим расчетом. Сама идея централизованного государственного планирования содержит внутреннее противоречие. В социалистическом обществе центральный орган управления производством окажется беспомощным перед лицом тех проблем, которые он должен решать. Он никогда не будет знать, выгодны ли рассматриваемые проекты, не станет ли их реализация напрасной тратой имеющихся средств. Социализм должен привести к полному хаосу. Осознанию этой истины долгое время препятствовали табу марксизма. Основной вклад, внесенный марксизмом в просоциалистическую пропаганду, состоял в том, что он объявил вне закона исследование экономических проблем социалистического общества. Такие исследования, по мнению Карла Маркса и его секты, были признаком иллюзорного "утопизма". "Научный социализм", как Маркс и Энгельс называли придуманную ими разновидность науки, не должен заниматься подобными бесполезными изысканиями. [К. Маркс и, особенно, Ф. Энгельс неоднократно высказывались против попыток построения сколь нибудь конкретизированной модели функционирования грядущего социалистического общества. "Мудрствования о том, как станет будущее общество регулировать распределение пищи и жилья, ведут прямо в область утопии -- писал Энгельс. -- Самое большее, что мы можем утверждать ... это то, что с падением капиталистического производства известные формы присвоения, характерные для старого общества, станут невозможны" (К. Маркс, Ф. Энгельс, Соч., изд. 2, т.18, с. 282).] "Научные" социалисты довольствуются прозрением, что социализм непременно наступит и превратит всю землю в рай. Они не должны впадать в такой абсурд, чтобы спрашивать, как будет работать социалистическая система.

Одним из примечательных фактов интеллектуальной истории девятнадцатого и начала двадцатого веков было то, что это марксово "Verboten" строго соблюдалось [Verboten (нем.) -- запрещено]. На тех немногих экономистов, которые осмеливались его нарушать, не обращали внимания, и вскоре они были преданы забвению. Только около двадцати пяти лет назад чары рассеялись. Невозможность экономического расчета при социализме была доказана неопровержимым образом. [В 1920 г. была опубликована статья Л. Мизeса "Хозяйственный расчет в социалистическом обществе". Ее основная идея нашла свое развитие в вышедшей через два года книге Мизеса "Социализм", впоследствии многократно переиздававшейся.]

Некоторые упрямые марксисты, конечно, пытались возражать. Они не могли не признать, что проблема экономического расчета -- один из наиболее серьезных вопросов социализма, и то, что социалисты на протяжении восьмидесяти лет фанатичной пропаганды тратили время на всякие пустяки, не догадываясь, в чем заключается главная проблема, было настоящим скандалом. Но они заверили своих встревоженных сторонников, что удовлетворительное решение найти будет совсем не трудно. И действительно, многие социалистические профессора и писатели как в России, так и в западных странах предложили различные системы экономического расчета при социализме. Эти системы оказались совершенно несостоятельными. Для экономистов не представило никакого труда вскрыть их недостатки и противоречия. Социалисты полностью провалились в своих отчаянных попытках опровергнуть доказательства того, что никакой экономический расчет невозможен ни в какой социалистической системе. <Более глубокое исследование этой основополагающей проблемы см.: L. Mises, Socialism, an Economic and Sociological Analysis, translated by Kahane, New York, 1936, pp. 113--122, 131--142, 516--521; L. Mises, Nationaloekonomie, Geneva, 1940, pp. 188--223, 634--645; F. A. Hayek, Collectivist Economic Planning, London, 1935; F. A. Hayek, Socialist Calculation: The Competitive Solution, -- Economica, VII, pp. 125--149.>

Очевидно, что целью социалистического управления также будет обеспечение общества наибольшим количеством наилучших благ, которые могут быть произведены при данном уровне технических знаний и при существующей обеспеченности факторами производства. Социалистическое государство также будет стремиться использовать наличные ресурсы для производства тех благ, которые, по его мнению, более всего необходимы, и отказываться от производства тех благ, которые оно сочтет менее необходимыми. Но невозможность экономического расчета не позволит выяснить, какие методы производства будут наиболее экономичными.

Социалистические правительства России и Германии действуют в мире, большая часть которого все еще привержена рыночной экономике. Они поэтому имеют возможность использовать для своих экономических расчетов цены, устанавливающиеся за границей. Только потому, что они могут обращаться к этим ценам, они в состоянии производить расчеты, вести бухгалтерский учет и разрабатывать планы. Дело обстояло бы совершенно иначе, если бы все страны ввели у себя социализм. Тогда уже больше не существовало бы цен, и экономической расчет стал бы невозможным <L. Mises, Omnipotent Government New Haven, 1944, pp. 55--58>.

Государственное предприятие при рыночной экономике

ТАК же обстоит дело и с предприятиями, находящимися в собственности и под управлением центрального правительства или муниципалитетов страны, в которой большая часть экономической деятельности осуществляется на основе свободного предпринимательства. Для них экономический расчет также не представляет трудностей.

Нам нет необходимости задаваться вопросом, возможно или нет управлять подобными предприятиями, принадлежащими центральному правительству, штатам и муниципалитетам, так же как и частными предприятиями. Практика показывает, что власти, как правило, склонны отступать от системы, ориентированной на получение прибыли. Они не хотят вести дела на своих предприятиях, руководствуясь принципом получения как можно большей прибыли. Они считают более важным решение других задач. Они готовы отказаться от прибыли или, по крайней мере, от части прибыли, или даже понести убытки ради достижения других целей.

Какими бы ни были эти другие преследуемые властями цели, конечным результатом такой политики всегда является субсидирование одних людей за счет других. Если государственное предприятие убыточно или приносит только часть той прибыли, которую оно могло бы получить, если бы руководствовалось исключительно мотивом прибыли, то сокращение его доходов оказывает воздействие на бюджет и, следовательно, на налогоплательщика. Если, например, в принадлежащей городу транспортной системе с пассажиров взимается низкая плата за проезд, невозмещающая эксплуатационные издержки, значит налогоплательщики фактически субсидируют тех, кто ездит в поездах.

Однако в книге, касающейся проблем бюрократии, нет необходимости беспокоиться об этих финансовых аспектах. С нашей точки зрения важно рассмотреть другое следствие.

Как только предприятие перестает управляться в соответствии с мотивом прибыли, появляется необходимость принять другие принципы ведения его дел. Городские власти не могут просто сказать управляющему. "Не беспокойся о прибыли". Они должны дать ему более определенные и точные распоряжения. Какими могут быть эти распоряжения?

Сторонники национализированных и муниципализированных предприятий обычно отвечают на этот вопрос достаточно наивно: "Задачей государственного предприятия является предоставление обществу полезных услуг". Но проблема не так проста. Предоставление полезных услуг является единственной задачей любого предприятия. Но что означает этот термин? Кто, применительно к государственному предприятию, должен решать, является ли услуга полезной? И что еще важнее, как мы узнаем, не слишком ли много заплачено за предоставленные услуги, т.е. не отвлечены ли факторы производства, израсходованные при выполнении этих услуг, из других сфер, где их использование могло бы обеспечить предоставление более ценных услуг?

Для частного предприятия, стремящегося к получению прибыли, критерием является отношение людей. Полезность предоставляемых услуг доказана тем, что достаточно большое число граждан готово платить запрашиваемую за них цену. Не может быть никакого сомнения в том, что покупатели считают полезными услуги, предоставляемые булочниками. Они готовы платить цену, запрашиваемую за хлеб. При этой цене производство хлеба обычно расширяется до тех пор, пока не наступит насыщение, т.е. до тех пор, пока дальнейшее расширение не станет отвлекать факторы производства из отраслей промышленности, на продукцию которых существует более интенсивный спрос потребителей. Взяв в качестве ориентира мотив получения прибыли, свободное предпринимательство приспосабливает свою деятельность к пожеланиям людей. Мотив получения прибыли заставляет каждого предпринимателя оказывать те услуги, которые потребители считают наиболее необходимыми. Ценовая структура рынка говорит предпринимателям, насколько они свободны в выборе той или иной отрасли для своих капиталовложений.

Но если государственным предприятием станут управлять, не обращая внимания на прибыль, поведение людей перестанет служить критерием его полезности. Если центральные или муниципальные власти полны решимости продолжать производство, независимо от того, что эксплуатационные затраты не окупаются денежными поступлениями от покупателей, то где может быть найден критерий полезности оказываемых услуг? Как мы можем узнать, не слишком ли велик дефицит, связанный с этими услугами? И как выяснить, нельзя ли сократить дефицит, не снижая ценности услуг?

Частный бизнес обречен, если его деятельность приносит одни убытки и нет способов исправить ситуацию. Его нерентабельность является доказательством ненужности. Частное предприятие не может пренебречь этим приговором и продолжать дело. Управляющий убыточным заводом, может объяснить свою неудачу и попросить за нее прощения. Но такие извинения бесполезны; они не могут предотвратить того, что от неудачного проекта, в конце концов, откажутся.

С государственным предприятием дело иное. Здесь появление дефицита не считается доказательством несостоятельности. Управляющий не несет за это ответственности. Его хозяин, государство, поставило себе целью продавать по такой низкой цене, что убытки стали неизбежными. Но если государство ограничивает свое вмешательство установлением фиксированной продажной цены, а все остальное предоставляет управляющему, то это дает ему полную свободу доступа к фондам казначейства.

Важно понимать, что наша проблема не имеет никакого отношения к предотвращению преступных злоупотреблений властью со стороны управляющего. Мы исходим из того, что центральное правительство и муниципалитет назначили честного и способного управляющего, и что моральный климат в стране или городе и организация интересующего нас заведения обеспечивают удовлетворительную защиту от каких-либо преступных действий. Перед нами совершенно иная проблема. Она возникает в связи с тем, что любая услуга может быть усовершенствована путем увеличения затрат. Какими бы отличными ни были больница, метро или система водоснабжения, управляющий всегда знает, как он мог бы усовершенствовать услуги при доступе к необходимым фондам. Ни одна из человеческих потребностей не может быть удовлетворена столь полно, что какое-либо дальнейшее усовершенствование станет невозможным.

Каждый специалист стремится обеспечить более полное удовлетворение потребностей только в своей особой сфере деятельности. Он не должен и не может думать об ограничениях, которые расширение его предприятия наложит на удовлетворение других видов потребностей. Директор муниципальной больницы не обязан отказываться от какого-либо улучшения своего учреждения, если это будет препятствовать улучшению работы метрополитена, и наоборот. Честный и умелый управляющий как раз и должен стремиться к максимальному улучшению качества услуг, предоставляемых его предприятием. Но поскольку он не связан соображениями финансового успеха, осуществляемые им затраты лягут тяжелым бременем на государственную казну. Он превратится в своего рода безответственного растратчика денег налогоплательщиков. Поскольку этого нельзя допустить, государство должно позаботиться о подробной регламентации управления. Оно должно точно определить качество и объем предоставляемых услуг и продаваемых товаров, оно должно разработать подробные инструкции относительно того, какие методы следует использовать при покупке материальных факторов производства, при найме и вознаграждении рабочей силы. Поскольку счет прибылей и убытков не служит критерием успеха или неудачи управления, единственным способом заставить управляющего отвечать перед его хозяином, т. е. перед казначейством, будет ограничить свободу его действий правилами и предписаниями. Если он считает целесообразным истратить больше, чем позволяют инструкции, он должен подать заявку на дополнительное выделение денег из бюджета. В этом случае право решения остается за его хозяином -- правительством или муниципалитетом. Как бы то ни было, такой управляющий является не администратором коммерческого предприятия, а бюрократом, т. е. должностным лицом, которое обязано соблюдать многочисленные инструкции. Критерием хорошего управления будет не одобрение покупателей, выражающееся в избытке выручки над затратами, а строгое соблюдение определенного набора бюрократических правил. Верховным законом управления является подчинение этим правилам.

Правительство или городской совет будут, конечно, стремиться разрабатывать такие правила, которые сделали бы предоставляемые услуги максимально полезными, а дефицит -- не выше максимально допустимой, с их точки зрения, величины. Но это не отменяет бюрократического характера руководства делами. Управляющие обязаны подчиняться определенному набору инструкций; только это имеет значение. Управляющий не отвечает за результаты своей деятельности, если его поступки правильны с точки зрения инструкций. Его основной целью не может быть эффективность как таковая, ею является эффективность в рамках соблюдения определенных предписаний. Его положение не похоже на положение администратора предприятия, стремящегося к получению прибыли, он скорее напоминает государственного служащего, например, начальника полицейского управления.

Единственной альтернативой бизнесу, стремящемуся к получению прибыли, является бюрократическое управление. Было бы абсолютно недопустимо наделять отдельное лицо или группу лиц правом свободного распоряжения государственными средствами. Власть управляющих национализированными или муниципализированными предприятиями необходимо ограничить бюрократическими средствами, если мы не хотим, чтобы они сделались безответственными растратчиками государственных денег, а их управление расстроило весь бюджет.

liberty@ice.ru Московский Либертариум, 1994-2019